Брисов Юрий Владимирович, магистр права, аспирант кафедры гражданского права Российского государственного университета правосудия (РГУП), преподаватель факультета дополнительного профессионального образования РГУП, магистр американского права (American LL.M.)
117418, г. Москва, ул. Новочеремушкинская, д. 69
Brisov Yuriy Vladimirovich, Master of Law, Postgraduate of the Department of Civil Law of the Russian State University of Justice (RGUP), Lecturer of the Department of Continuing Professional Education of RGUP, Master of American Law (American LL.M.)
117418, Moscow, ul. Novocheremushkinskaya, d. 69
В статье рассматриваются различные законодательные и правоприменительные подходы в Российской Федерации, США, Великобритании; сравниваютcя различные положения Пленумов ВАС РФ и ВС РФ, посвященные вопросам добросовестности; анализируется применение данных положений судами при рассмотрении вопросов привлечения директоров к ответственности в результате недобросовестных действий, повлекших имущественный ущерб. На примере рассмотрения ряда ключевых дел из правоприменительной практики судов англо-американской системы права рассматривается вопрос применения тестов: объективного и субъективного тестов добросовестности для регулирования вопросов привлечения исполнительного органа к ответственности. Английские и американские суды прибегают к критерию добросовестности в очень редких случаях, а фидуциарная обязанность директоров в коммерческих компаниях была существенным образом ограничена. Тот подход, который используют суды общего права, предполагает минимальную степень вмешательства судов в экономические дела коммерческих обществ. Привлечение к ответственности директора допускается только в случае явного пренебрежения обязанностями либо рассматривается в некоторых случаях исходя из конкретных обстоятельств дела. Российские суды часто привлекают к ответственности директора не в результате грубой неосторожности или доказанных умышленных действий исполнительных органов по причинению вреда компании, а в результате недостижения обществом желаемого экономического результата. Также недобросовестностью компенсируются очевидные пробелы во внутрикорпоративном распорядке, не позволяющие точно определить границы полномочий и сферу ответственности исполнительного органа. Автор формулирует вывод о степени допустимой судебной дискреции при применении положений о добросовестности к корпоративным отношениям как требующим особого регулирования.
The paper discusses various legislative and enforcement approaches in the Russian Federation, USA, and Great Britain; compares the various provisions of the Plenums of the Supreme Arbitration Court of the Russian Federation and the Armed Forces of the Russian Federation on issues of good faith; analyzes the application of these provisions by the courts when considering issues of holding directors to account as a result of malpractice that entailed property damage. By the example of consideration of a number of key cases from the law enforcement practice of the courts of the Anglo-American system of law, the question of the use of tests is considered: objective and subjective integrity tests to regulate the issue of holding the executive body accountable. English and American courts resort to the criterion of good faith in very rare cases, and the fiduciary duty of directors in commercial companies was significantly limited. The approach used by the common law courts implies a minimal degree of court interference in the economic affairs of commercial companies. Holding the director accountable is allowed only in case of obvious neglect of duties or is considered in some cases based on the specific circumstances of the case. Russian courts often hold directors accountable not as a result of gross negligence or proven intentional actions by executive bodies to harm the company, but as a result of society not achieving the desired economic result. Besides, dishonesty compensates for obvious gaps in the internal corporate routine, which do not make it possible to precisely determine the boundaries of authority and the area of responsibility of the executive body. The author formulates a conclusion on the degree of admissible judicial discretion when applying the provisions on good faith to corporate relations as requiring special regulation.
The authors declare that there are no conflicts of interest present.