Чернов Анатолий Викторович - доктор юридических наук, профессор, заслуженный юрист Российской Федерации, профессор кафедры уголовного права и криминологии/
Ул. Лермонтова, д. 110, Иркутск, 664074
Anatoliy V. Chernov - Dr. Sci. (Law), Professor, Honored Lawyer of the Russian Federation, Professor, Department of Criminal Law and Criminology.
Ul. Lermontova, d. 110, Irkutsk, 664074
Габеев Сергей Валерьевич - старший преподаватель кафедры уголовного права и криминологии.
Ул. Лермонтова, д. 110, г. Иркутск, 664074
Sergey V. Gabeev - Senior Lecturer, Department of Criminal Law and Criminology.
Ul. Lermontova, d. 110, Irkutsk, 664074
Изменения, внесенные в ст. 191 УК РФ в конце 2019 г. в целях устранения пробелов законодательства, на самом деле создали еще больше коллизий в теории и практике применения уголовного и административного права. Законодатель до конца не просчитал риски новой редакции ст. 191 УК РФ, для устранения которых требуется вновь вносить изменения в федеральное законодательство, а также принимать новые подзаконные нормативные правовые акты. Законодатель в рамках ст. 191 УК РФ создал противоречие в части квалификации незаконного оборота уникальных янтарных образований. Законодательство России не содержит легального определения полудрагоценных камней, разъяснений их отличия от драгоценных камней. Понятие драгоценных камней, в свою очередь, нельзя признать удачным, т.к. оно содержит списочное отнесение того или иного камня к разряду драгоценных, что не всегда реально отражает экономическую ценность конкретного минерала. Перечень полудрагоценных камней на уровне Правительства России еще не утвержден, и с учетом административной преюдиции как одного из условий привлечения к уголовной ответственности за незаконный оборот полудрагоценных камней он должен быть единым с перечнем полудрагоценных камней, установленным для привлечения к административной ответственности за аналогичные правонарушения. Без внимания законодателя остались вопросы отграничения ювелирных и бытовых изделий и лома таких изделий от предмета преступлений, предусмотренных ст. 191 УК РФ. Еще большей проблемой является рассогласованность норм административного и уголовного законодательства об ответственности за незаконный оборот полудрагоценных камней.
Changes made to Art. 191 of the Criminal Code of the Russian Federation at the end of 2019 in order to eliminate gaps in legislation, in fact, created even more conflicts in the theory and practice of applying criminal and administrative law. The legislator has not fully calculated the risks of the new edition of Art. 191 of the Criminal Code of the Russian Federation. The elimination of these risks requires more changes to the federal legislation, the adoption of new by-laws. Within the framework of Art. 191 of the Criminal Code of the Russian Federation the legislator created a contradiction regarding the qualification of illegal circulation of unique amber formations. Russian legislation does not contain a legal definition of semi-precious stones, clarification of their difference from precious stones. The concept of precious stones does not prove to be successful, since it contains a list-based reference of a particular stone to the category of precious stones, which does not always really reflect the economic value of a particular mineral. The list of semi-precious stones at the level of the Government of Russia has yet to be approved. Taking into account the administrative prejudice as one of the conditions for criminal prosecution for illegal trafficking in semiprecious stones, it should be the same with the list of semi-precious stones established to bring an individual to administrative responsibility for similar offenses. The legislator did not pay attention to the issues of delimiting jewelry and household products and scrap of such products from the subject of crimes under Art. 191 of the Criminal Code of the Russian Federation. An even greater problem is the inconsistency between the norms of administrative and criminal legislation on liability for illegal trafficking in semi-precious stones.
The authors declare that there are no conflicts of interest present.