Мограбян Армине Самвеловна, кандидат юридических наук, доцент Департамента правового регулирования экономической деятельности Финансового университета; доцент кафедры медицинского права МГЮА
Ленинградский пр-т., д. 49, г. Москва, 125167
Armine S. Mograbyan, Cand. Sci. (Law), Associate Professor, Department of Legal Regulation of Economic Activities, Financial University under the Government of the Russian Federation; Associate Professor, Department of Medical Law, Kutafin Moscow State Law University (MSAL)
Leningradsky prospekt, d. 49, Moscow, Russia, 125167
На основе комплексного исследования и анализа теоретических положений и частноправового регулирования выявлены специфические особенности дефиниции цифровых прав как объекта гражданских прав, и дана оценка появлению в законодательстве нового для отечественного гражданского права понятия «цифровые права». Особое внимание уделено формулировке понятия цифровых прав, содержащейся в ГК РФ, и основным проблемам, породившим многочисленные дискуссии в науке гражданского права относительно легального определения цифровых прав. Обращено внимание на то, что по действующему гражданскому законодательству РФ к цифровым правам относятся только те, которые прямо названы в качестве таковых в законе, что свидетельствует о законодательном ограничении их в оборотоспособности. Рассмотрены принятые федеральные законы о привлечении инвестиций с использованием инвестиционных платформ и о цифровых финансовых активах, проанализированы утилитарные цифровые права и цифровые права, которые относятся к цифровым финансовым активам. Обращается внимание и на иные затрагиваемые в науке гражданского права проблемы, возникающие вследствие модернизации нормативно-правового регулирования в области цифровых прав, например, относительно порождающих многочисленные дискуссии противоречий в используемой законодателем терминологии, в частности, «информационные системы» при определении категории «цифровые права», и предложены возможные механизмы их преодоления. Подчеркивается позитивный характер появления в отечественном гражданском законодательстве норм о цифровых правах, свидетельствующих о стремлении законодателя своевременно реагировать на вызовы трансформирующейся цифровой действительности, что послужит необходимой предпосылкой для дальнейшего регулирования стремительно меняющихся под ее влиянием гражданско-правовых отношений.
Following a comprehensive study and analysis of theoretical provisions and private law regulation, the author identifies specific features of the definition of digital rights as an object of civil rights and assesses the emergence of the new concept of «digital rights» for domestic civil law in the legislation. Particular attention is given to the wording of the concept of digital rights contained in the Civil Code of the Russian Federation. The main problems that gave rise to numerous discussions in the science of civil law regarding the legal definition of digital rights are identified. Attention is drawn to the fact that, according to the current civil legislation of the Russian Federation, digital rights include only those that are directly named as such in the law. Following a systematic analysis of the current legislation and doctrinal provisions in the area under study, the author concludes that the transferability of digital rights is limited. The adopted federal laws on attracting investments using investment platforms and on digital financial assets are considered, utilitarian digital rights and digital rights that relate to digital financial assets are analyzed. Attention is also given to other problems that arise as a result of the modernization of civil law regulation of public relations in the field of digital rights, for example, regarding the contradictions in the terminology used by the legislator that give rise to numerous discussions (in particular, «information systems» when defining the category «digital rights»), and possible mechanisms to overcome them. The conclusion is made about the importance of the appearance in the domestic civil legislation of norms on digital rights, indicating the desire of the legislator to respond in a timely manner to the challenges of the transforming digital reality, which will serve as a necessary prerequisite for further regulation of civil law relations that are rapidly changing under its influence.
The authors declare that there are no conflicts of interest present.