Умнова-Конюхова Ирина Анатольевна, доктор юридических наук, профессор, ведущий научный сотрудник отдела правоведения ИНИОН РАН, почетный работник высшего профессионального образования Российской Федерации
Нахимовский пр, д. 51/21, г. Москва, 117418
Irina A. Umnova-Konyukhova, Dr. Sci. (Law), Professor, Leading Researcher of the Department of Jurisprudence, Institute of Scientific Information for Social Sciences of the Russian Academy of Sciences (INION RAN); Honorary Worker of Higher Professional Education of the Russian Federation
pr. Nakhimovskiy, d. 51/21, Moscow, Russia, 117418
Алешкова Ирина Александровна, кандидат юридических наук, заведующий сектором НБИ по социальным наукам ИНИОН РАН; доцент кафедры земельного и экологического права Юридического института РУДН
Нахимовский пр, д. 51/21, г. Москва, 117418
Irina A. Aleshkova, Cand. Sci. (Law), Head of the NBI Sector for Social Sciences, Institute of INION RAN; Associate Professor; Department of Land and Environmental Law, RUDN Law Institute
pr. Nakhimovskiy, d. 51/21, Moscow, Russia, 117418
В статье поднимаются этико-социальные проблемы биоправа, учет которых необходим для совершенствования его принципов и норм. Авторы убеждены, что биоправо призвано учитывать, как преимущества, так и проблемные аспекты, связанные с воздействием новых технологий на человеческий организм, способных изменить человека как физического индивида и соответственно трансформировать общество и человечество в целом. В статье затрагиваются два ключевых аспекта биоправа: развитие биоправ или прав, связанных с человеческим организмом, в системе прав нового поколения и определение принципов биоправа, обеспечивающих единство правовых и этико- социальных регуляторов в биотехнологии. Один из важных выводов состоит в том, что хотя биоправа человека и принципы биоправа и являются взаимосвязанными институтами, в системе правового регулирования они имеют свои особенности содержания и действия.
Обозначив необходимость развития нового подхода к пониманию принципов биоправа, авторы подчеркивают потребность создания теории таксономии биоправа или биотаксономии, в рамках которой особое значение следует уделять принципам биоправа как догматическому и устойчивому средству правового регулирования, находящимся в системной взаимосвязи с принципами биоэтики, составляющими единый диалектически взаимосвязанный гомологический ряд. Таким образом, публикация дает возможность подумать о развитии теории биоправа и перспективах ее развития в парадигме взаимодействия с этическими и иными социальными регуляторами.
The paper raises ethical and social problems of biolaw, consideration of which is necessary to improve its principles and norms. The authors are convinced that biolaw is designed to take into account both the advantages and problematic aspects associated with the impact of new technologies on the human body that can change a person as a physical individual and, accordingly, transform society and humanity as a whole. The paper touches upon two key aspects of biolaw: the development of biorights or rights related to the human body in the system of rights of a new generation and the definition of principles of biolaw that ensure the unity of legal and ethical-social regulators in biotechnology. One of the important conclusions is that, although human biorights and the principles of biolaw are interrelated institutions, in the system of legal regulation they have features of content and action. Having identified the need to develop a new approach to understanding the principles of biolaw, the authors emphasize the need to create a theory of biolaw taxonomy or biotaxonomy, within which special importance should be given to the principles of biolaw as a dogmatic and sustainable means of legal regulation that form a systemic relationship with the principles of bioethics, constituting a single, dialectically interrelated homological series. Thus, the paper gives an opportunity to think about the development of the theory of biopraw and the prospects for its development in the paradigm of interaction with ethical and other social regulators.
The authors declare that there are no conflicts of interest present.