Бухарина Надежда Порфирьевна, аспирант кафедры уголовного процесса и криминалистики
Свободный пр., д. 82а, г. Красноярск, Россия, 660041
Nadezhda P. Bukharina, Postgraduate Student, Department of Criminal Procedure and Criminology
Krasnoyarsk, Russian Federation
Становление в 1960–1990 гг. института ведомственного процессуального контроля в современном для теории уголовного процесса понимании было бы невозможным без функционирования в 1917–1922 гг. трибунальной юстиции. Использование историко-правового метода позволило проанализировать в динамике функции революционных трибуналов с общей компетенцией, исследовать их взаимоотношения с чрезвычайными комиссиями и иными органами дознания и предварительного следствия. Результаты исследования показали, что в 1917–1922 гг. трибуналы не только осуществляли правосудие по наиболее тяжким составам преступлений, но и выполняли функцию по выявлению следственных ошибок, для чего были наделены соответствующими процессуальными полномочиями. Выводы о степени эффективности реализации указанных полномочий в условиях перманентной реформы трибунальной юстиции автор делает на основании изучения статистических данных исследуемого периода. Анализ нормативных правовых актов, регулировавших деятельность революционных трибуналов, позволяет говорить о том, что в 1917–1922 гг. ведомственный процессуальный контроль не был дифференцированным и его развитие было неотделимо от эволюции судебного и ведомственного контроля, а позднее — прокурорского надзора.
Development in 1960–1990 of departmental procedural control as the theory of criminal procedure understand it now would have been impossible without the tribunal justice in 1917–1922. The use of the historical legal method made it possible to analyze the dynamics of the functions of revolutionary tribunals with general competence, to study their relationships with emergency commissions and other bodies of inquiry and preliminary investigation. The results of the study showed that in 1917–1922 the tribunals not only administered justice for the most serious crimes, but also performed the function of identifying investigative errors, for which they were endowed with the appropriate procedural powers. The author draws conclusions about the degree of effectiveness of the implementation of these powers in the conditions of permanent reform of tribunal justice based on a study of statistical data from the mentioned period. An analysis of the normative legal acts that regulated the activities of revolutionary tribunals allows us to say that in 1917–1922 departmental procedural control was not differentiated and its development was inseparable from the evolution of judicial and departmental control, and later — prosecutorial supervision.
The authors declare that there are no conflicts of interest present.