Александр Владимирович Турбанов, доктор юридических наук, профессор, и. о. заведующего кафедрой
кафедра «Регулирование деятельности финансовых институтов»
119571; просп. Вернадского, д. 82; Москва
Alexander V. Turbanov, Dr. Sci. (Law), Professor, Acting Head of the Department
Department «Regulation of Financial Institutions»
Moscow
Статья посвящена исследованию правовой природы денежного суррогата. Доказывается, что денежный суррогат является нелегальным финансовым инструментом и не может выполнять функции законного платежного средства. Законодательная норма о запрете выпуска денежных суррогатов не допускает двоечтения. Ни государство, ни какой-либо другой субъект не вправе выпускать их. Проблема неплатежей в экономике не может решаться незаконным способом — путем выпуска денежных суррогатов, которые причиняют значительный ущерб осуществлению денежно-кредитной политики страны. Электронные денежные средства не выступают в качестве суррогата, поскольку являются законным платежным средством. Криптовалюте присущи признаки суррогата; тот факт, что она используется в гражданско-правовых договорах, не меняет ее суррогатной природы. Цифровой рубль — это не суррогат (субститут, заменитель) денег, а полновесная российская валюта, имеющая обязательственно-правовую природу (в основном публично-правовую), являющаяся носителем российской денежной единицы, выпускаемая и контролируемая государством в лице Банка России, выполняющая все функции денег и с экономической, и с социальной, и с юридической точек зрения.
The paper is devoted to the study of the legal nature of a cash surrogate. It is proved that a cash surrogate is an illegal financial instrument and it cannot perform the functions of a legal means of payment. The legislative norm prohibiting the issuance of cash surrogates is unambiguous. Neither the State nor any other entity has the right to issue them. The problem of non-payments in the economy cannot be solved in an illegal way, i.e., by issuing cash surrogates, which cause significant damage to the implementation of the country’s monetary policy. Electronic money does not act as a surrogate, since it is a legal means of payment. Cryptocurrency has the characteristics of a surrogate; the fact that it is used in civil law contracts does not change its surrogate nature. The digital ruble is not a surrogate (substitute) for money, but a full-fledged Russian currency of a binding nature (mainly under public law), being the carrier of the Russian monetary unit issued and controlled by the State through the Bank of Russia, performing all the functions of money in economic, social and legal contexts.
The authors declare that there are no conflicts of interest present.