Маслов Вилли Андреевич, кандидат юридических наук, начальник научно-исследовательского и редакционно-издательского отдела
Корепина ул., д. 66, г. Екатеринбург, 620017
Villi A. Maslov, Cand. Sci. (Law), Associate Professor, Head of the Research, Editorial and Publishing Department
Ekaterinburg
В статье на основе данных о применении конфискации имущества как иной меры уголовноправового характера в России, а также зарубежного опыта применения конфискации имущества исследуются перспективы повышения эффективности данной меры. Констатируется вызывающий обеспокоенность факт применения ст. 104.1 УК РФ в 60 % случаев за преступления, связанные с нарушением правил обращения с наркотическими средствами, психотропными и сильнодействующими веществами; с учетом частоты применения исследуемой меры указывается на отсутствие значимого желаемого воздействия; отмечается фактическое выполнение конфискацией имущества лишь «защитной» функции и пренебрежение потенциальной превентивной составляющей; указывается на такие недостатки, как закрытый перечень составов преступлений, обозначенных в ст. 104.1 УК РФ, законодательное ограничение возможности изъятия переданного осужденным другому лицу имущества только в случае, если лицо знало о том, что оно получено в результате преступных действий, возложение бремени доказывания незаконности приобретения имущества на органы государственной власти. Отдельно исследуются препятствия для возвращения конфискации имущества в число наказаний, среди которых сложившийся на протяжении последних лет опыт применения конфискации как иной меры уголовно-правового характера; возможность изъятия имущества в доход государства в гражданско-правовом порядке; негативный исторический опыт применения конфискации имущества; отсутствие однозначно достоверных и признаваемых данных, характеризующих превентивный потенциал конфискации как наказания (особенно в условиях возможности применения конфискации имущества как наказания исключительно к виновному лицу). Некоторое внимание уделяется вопросу положительных и отрицательных черт регламентации конфискации имущества в отраслевом законодательстве, а также аспектам переноса бремени доказывания законности приобретения имущества.
The paper examines the prospects for increasing the effectiveness of this measure. The study utilizes the data on the use of confiscation of property as another measure of criminal law in Russia, as well as foreign experience in the use of confiscation of property. The author notes the alarming fact that Article 104.1 of the Criminal Code of the Russian Federation is applied in 60% of cases for crimes related to violation of the rules for handling narcotic drugs, psychotropic and potent substances; given the frequency of application of the measure under study, the absence of a significant desired effect is indicated. It is noted that the confiscation of property actually performs only a «protective» function and neglects the potential preventive component. There are several shortcomings pointed out in the paper. Article 104.1 of the Criminal Code of the Russian Federation specifies a closed list of crimes. The legislation restricts the possibility of confiscating property transferred by a convicted person to another person; it is only possible if the person knew that it was obtained as a result of criminal acts; the burden of proof of the illegality of the acquisition of property is placed on government bodies. The obstacles to the return of confiscation of property to the number of punishments are examined separately. These include the experience of using confiscation as another measure of a criminal legal nature that has developed over the past few years. Some more are the possibility of confiscating property for the benefit of the state in a civil-legal manner; the negative historical experience of using confiscation of property; the absence of clearly reliable and recognized data characterizing the preventive potential of confiscation as a punishment (especially in the context of the possibility of using confiscation of property as a punishment exclusively to the guilty person). Some attention is given to the issue of positive and negative features of the regulation of confiscation of property in sectoral legislation, as well as aspects of shifting the burden of proof of the legality of the acquisition of property.
The authors declare that there are no conflicts of interest present.