Гончарова Валерия Андреевна, кандидат юридических наук, доцент кафедры гражданского права, старший научный сотрудник лаборатории социально-правовых исследований
Ленина пр., д. 36, г. Томск, 634050
Valeria A. Goncharova, Cand. Sci. (Law), Associate Professor, Department of Civil Law, Senior Researcher, Laboratory of Social and Legal Research
Tomsk
Стремительное усложнение регулируемых правом общественных отношений и вызванное этим сближение частных и публичных правовых отраслей стали предпосылками для формирования в рамках отечественного законодательства комплексных правовых образований. К последним следует отнести конфискацию, в равной степени являющуюся предметом регулирования как гражданского права – в качестве основания прекращения права собственности, так и уголовного – в качестве иной меры уголовно-правового характера, решающей задачи уголовной политики Российской Федерации. В то же время детальный анализ положений гл. 15.1 УК РФ, регламентирующих правовой режим конфискации, с точки зрения их соответствия цивилистической терминологии и в целом гражданскому законодательству с очевидностью свидетельствует об абсолютном недостижении законодателем необходимого уровня межотраслевого единства в правовой регламентации данной принудительной меры. Указанное обстоятельство является причиной существенных проблем в обеспечении баланса частных и публичных интересов при назначении и исполнении конфискации как иной меры уголовно-правового характера.
The rapid complication of social relations regulated by law and the resulting convergence of private and public legal branches have become prerequisites for the formation of complex legal entities within the framework of domestic legislation. The latter should include confiscation, which is equally subject to regulation by both civil law as a basis for terminating property rights, and criminal law as another measure of a criminal legal nature that resolves the tasks of the criminal policy of the Russian Federation. At the same time, a detailed analysis of the provisions of Chapter 15.1 of the Criminal Code of the Russian Federation, regulating the legal regime of confiscation, from the point of view of their compliance with civilistic terminology and civil legislation in general, clearly demonstrates the absolute failure of the legislator to achieve the necessary level of inter-branch unity in the legal regulation of this coercive measure. This circumstance is the cause of significant problems in ensuring the balance of private and public interests when assigning and executing confiscation as another measure of a criminal law nature.
The authors declare that there are no conflicts of interest present.