Корнакова Светлана Викторовна, кандидат юридических наук, доцент, доцент кафедры теории и истории государства и права
Ленина ул., д. 11, г. Иркутск, 664003
Svetlana V. Kornakova, Cand. Sci. (Law), Associate Professor, Associate Professor, Department of Theory and History of State and Law
Irkutsk
В статье представлен анализ регламентации полномочий прокурора в сфере уголовного судопроизводства в законодательстве ряда зарубежных стран. Производится сравнение с полномочиями прокурора в российском уголовно-процессуальном законодательстве. Отмечается, что в подавляющем большинстве зарубежных государств прокурор наделен бо́льшим объемом полномочий и что, согласно российскому уголовно-процессуальному законодательству, прокурор, имея большой объем полномочий при производстве предварительного расследования в форме дознания, обладает гораздо меньшим объемом полномочий при производстве предварительного следствия, что является, по мнению автора, требующим устранения недостатком российского уголовно-процессуального закона. Делается вывод о том, что для повышения эффективности надзорной деятельности прокурора в сфере уголовного судопроизводства представляется весьма разумным возвращение прокурору части утраченных после реформы 2007 г. полномочий, в том числе связанных с возбуждением уголовного дела.
The paper analyzes the regulation of the prosecutor’s powers in the field of criminal proceedings in the legislation of a number of foreign countries. A comparison is made with the powers of the prosecutor in Russian criminal procedure legislation. It is noted that in the overwhelming majority of foreign countries the prosecutor is vested with a greater range of powers. According to Russian criminal procedure legislation, the prosecutor, having a large volume of powers in the conduct of a pre-trial investigation in the form of an inquiry, has a much smaller volume of powers in the conduct of a preliminary investigation, which, in the author’s opinion, is a shortcoming of the Russian criminal procedure law that requires elimination. The author concludes that in order to increase the efficiency of the prosecutor’s supervisory activities in the area of criminal proceedings, it seems quite reasonable to return to the prosecutor some of the powers lost after the 2007 reform, including those related to the initiation of criminal proceedings.
The authors declare that there are no conflicts of interest present.